В тот день Татьяну защищала вся улица: «Она многодетная, куда она пойдет?!» Сама женщина плакала и чуть ли не на коленях просила: «Давайте я хотя бы часть родительского долга выплачу!» Газовики не обращали на слезы и возмущение соседей никакого внимания и, как всегда, действовали «по инструкции». Они приехали без предупреждения и обрубили в доме газ, не забыв напомнить, что за отключение Татьяна еще должна будет заплатить. Дальше работали молча, только бросили под конец: «Все. Детей уводи».

Детей она не увела – страшно боялась, что опека, узнав о тяжелой ситуации, заберет их. На самом деле оснований для паники не было, многодетная мать ни капли не пьет и каждую копейку тратит на любимых Рустама, Ариану, Богдана и Ангелину (старший Алексей уже зарабатывает сам и пытается помогать родным). «Но я такой человек, я всего боюсь», – растерянно улыбаясь, говорит Татьяна.

Из-за этого страха после случившегося она еще год жила, никуда не обращаясь и затаившись, как мышка. Дом отапливала обогревателями, на вопросы органов соцзащиты бодро отвечала: «Все нормально!», втайне больше всего тревожась, что ее решат навестить.

Так продолжалось до конца 2025-го. За это время проводка, и без того изношенная, дошла до чудовищного состояния. Проверка все же состоялась, и на этот раз семью чуть ли не выпихнули из дома: «Вы просто сгорите!» Под Новый год Татьяна была вынуждена искать съемное жилье. 

«Еле-еле нашла. Хозяин, назначив цену, сказал: «Я из Питера, для меня это копейки», – грустно усмехается женщина.

«Копейками» оказались 35 тысяч рублей в месяц (вскоре сумма выросла до 38). На оплату уходит больше половины детских пособий.
Дом, где выросла Татьяна и где росли ее дети, стоит сейчас без отопления и света. Повсюду тяжелый запах гнилья и сырости – зимой отопительная система была полностью разморожена, трубы лопнули, и весной вся оставшаяся в них вода вылилась. Щедро поливает и сверху – дырявая крыша ходит ходуном, рушится опалубка. Нет и речи о том, чтобы мать с детьми даже ненадолго вернулись сюда жить. Но они приходят каждый день – покормить заливающихся лаем при их виде собак (одну свою и двух брошенных прежними хозяевами), разобрать вещи, большую часть из которых просушить невозможно.

«Так мне здесь жить хочется! И детям тоже, постоянно прибегают на нашу улицу, нигде больше не гуляют».

Соседство, правда, не самое веселое – в нескольких метрах от дома находится огороженная забором с колючей проволокой женская колония.

- Наверное, неприятно?

- Нет, нормально, – простодушно отвечает Татьяна. – Женщины из окон нам машут, иногда кричат: «Как дела?»

Зайдя в оставленный дом, понимаешь, что дела плохи. Есть что-то пугающее в обрывках новогодней мишуры, которую так и не сняли, в сваленных грудой в предбаннике коробках с одеждой, в брошенной на кровать милой фотографии Ангелины с большой раковиной в руках. Посередине детской комнаты на стуле сидит плюшевый медведь и молча смотрит невидящим взглядом на развал вокруг.

Дети, кажется, не обращают на это внимания. Ангелина, как маленькая мама, успокаивает захныкавшего Рустама и одновременно следит за Арианой, которая норовит по пояс высунуться из окна на призывный лай собаки Альмы.

Но надолго здесь Татьяна с ребятами не остается и зовет их на улицу. После сырых вымерших комнат солнечный свет резко бьет в глаза. А во дворе – все те же промокшие плюшевые игрушки, которые дети не дают выкинуть: «Это папа подарил!»

«Да, он им много всего покупал. И с ремонтом помогал. Погиб», – скупо отвечает мать на наши вопросы о совместной жизни.
В то, что еще не так давно домом занимались и внутри все выглядело вполне прилично, верится с трудом. Но гром не грянул в одночасье, проблемы копились годами. Родители Татьяны, умершие друг за другом с разницей в считанные месяцы, сильно пили, и почти каждый день превращался в борьбу с ними. Как ни билась дочь, как ни уговаривала бросить ради внуков, ничего не помогало. Последние годы они махнули рукой на все, долги за газ и свет росли с угрожающей быстротой. Татьяна пыталась хоть что-то откладывать на оплату, но это была капля в море. Закончилось все приездом газовиков, которые спокойно сделали свою работу. Задолженности (а это более 200 тысяч) висят до сих пор.

- Но разве вы не получили материнский капитал? Вы же могли купить другое жилье.

- Получила, но меня обманул мошенник. Сказал передать ему деньги и обещал, что решит вопрос.

Естественно, денег своих женщина больше не видела.

Ее ответы должны были бы раздражать своей зашкаливающей наивностью, но она настолько любит детей и переживает за них, что испытываешь острую жалость к этой доброй, но абсолютно невезучей, уставшей от собственных страхов многодетной маме. Это чувство становится еще сильнее, когда видишь, как она и дети отчаянно цепляются за сохранение любых воспоминаний об утраченном уюте. Богдан открывает сарайчик и показывает еще не сдувшийся праздничный шарик в форме девятки, оставшийся со дня его рождения. Когда-то в доме было весело.

Закончив съемку, мы прощаемся с Татьяной и ребятами. Младшие явно устали, но уже спрашивают маму, когда они придут сюда снова. «Завтра зайдем», - обещает она. Как странно звучит этот глагол, когда речь идет о собственном доме. А когда же получится не зайти, а вернуться?
После смерти родителей и отца детей Татьяна осталась одна. И этот рушащийся дом с невыплаченными долгами – ее единственное наследство, которое не под силу привести в нормальный вид. Раньше она трудилась санитаркой в больнице, потом сидела с маленьким Рустамом, а сейчас собирается снова выйти на работу. Но много ли можно сделать на маленькую зарплату и оставшиеся после оплаты съемного жилья пособия? На капитальный ремонт с этих сумм не накопишь и за 10 лет. А дом едва ли выдержит еще пару зим…

Чтобы помочь семье, «Константа» объявляет сбор средств. Он вряд ли закроется быстро, слишком велика проблема. Но мы верим, что сможем решить ее. На эти деньги в доме будет сделан огромный ремонт, по сути, практически полная его перестройка.
Помощь фонд окажет в рамках проекта «Ребенок в семье». Главная цель – создать дома безопасные и достойные условия, чтобы дети никогда не разлучались с близкими. Для этого мы делаем ремонт, приобретаем продукты и необходимую бытовую технику, проводим юридические консультации, по необходимости оказываем содействие в получении медицинской помощи и т. д. Подробнее узнать о проекте и поддержать его можно здесь.

Текст: Артур Пашков
Фото: Светлана Булатова